Кыргызстан: раны от погромов 2010 года все не зажили

8 Июн 2015 | Автор: | Комментариев нет »

На протяжении многих лет пастухи-кыргызы из холмистых пригородов Оша за небольшую плату забирали у Озоды Салиевой корову и несколько овец на тучные летние пастбища. По словам пенсионерки Салиевой, это было давней традицией.

Но в начале лета 2011 года, когда пастухи в очередной раз пришли к ней забрать скот на пастбища, семья Салиевой велела им уйти. В результате столкновений между кыргызами и узбеками – самым многочисленным этническим меньшинством Кыргызстана – в июне 2010 года «Черемушки», заселенный этническими узбеками район Оша, в котором проживает Салиева, был обращен в дымящиеся руины. Ее семья стала с недоверием относиться к кыргызам.

С тех трагических событий, унесших жизни более 400 человек на юге страны, прошло пять лет, но раны по-прежнему свежи. Прокуратура непропорционально чаще заводила дела против этнических узбеков, хотя во время вспышки насилия в основном пострадали именно они. Мало кто из кыргызов оказался на скамье подсудимых в связи с кровопролитными беспорядками, начавшимися 10 июня 2010 года.

Азимжан Аскаров, узбекский активист-правозащитник, получивший пожизненный срок на роль, которую он якобы сыграл в тех кровавых событиях, по-прежнему томится в тюрьме, несмотря на многочисленные обращения правозащитников, по утверждениям которых дело против Аскарова было сфабриковано в отместку за то, что он выявлял творимые милицией правонарушения.

Не было проведено практически никакой работы по интеграции узбекских и кыргызских общин, в основном живущих отдельно друг от друга в разных районах Оша и близлежащих городов. Это создает основания для опасений, что столкновения между ними могут возобновиться.

«Проблема не только в раздельном проживании, но и в культуре: за исключением базара, между кыргызами и узбеками мало межобщинных связей», – сказал Жолдон Кутманалиев, исследователь при расположенном в Италии Институте Европейского университета (European University Institute), пишущий докторскую диссертацию на эту тему.

За исключением призывов к межнациональному согласию, правительство старается избегать темы межэтнических столкновений. «Что толку снова и снова говорить о трагических событиях. Лучше не заводить разговор на эту тему и дать ранам самим затянуться», – сказал один госчиновник в Оше. По мнению некоторых ученых, схожее замалчивание погромов 1990 года стало одной из причин возобновления насилия в 2010 году.

Это правда, что правительство слабо и ему не хватает ресурсов. Но, как сказал EurasiaNet.org Шаирбек Джураев из Академии ОБСЕ в Бишкеке, играют роль и политические соображения. «Перед парламентскими выборами [этой осенью] официальные лица не хотят заниматься проблемами этнических меньшинств, особенно узбеков, т.к. это оттолкнуло бы влиятельные группы избирателей, в основном этнических кыргызов из сельских районов», – сказал Джураев.

Он также выразил опасение, что выборы могут подстегнуть межэтническую напряженность, т.к. «некоторые политики-оппортунисты постараются набрать голоса, играя на националистических настроениях».

Под давлением генпрокуратуры подстрекательская риторика в кыргызскоязычной прессе, особо разгоревшаяся после погромов 2010 года, пошла на спад. Но националистические настроения по-прежнему сильны. В апреле известный эстрадный певец Бек Борбиев призвал поклонников бойкотировать MegaCom, одного из ведущих операторов мобильной связи в Кыргызстане, если компания не закроет службу технической поддержки абонентов на узбекском языке. Правда Борбиев отказался от данного призыва после предупреждения прокуратуры, что его заявление нарушает закон о разжигании розни.

Сейчас многие в южном Кыргызстане не хотят говорить о тех трагических днях. В сентябре прошлого года на круглом столе в Оше на тему гендерного равенства, организованном парламентом и ООН, был показан документальный фильм, начинавшийся с рассказа узбечки о том, как она подверглась изнасилованию во время погромов. Несколько участников узбекской и кыргызской национальности покинули зал в знак протеста. А затем власти начали расследование по подозрению, что данный фильм разжигает межнациональную рознь. Несколько депутатов парламента подвергли организаторов мероприятия критике.

После погромов кыргызская милиция в течение нескольких лет открыто преследовала и унижала молодых узбеков на улицах Оша. Число инцидентов подобного рода сократилось, но молодые люди узбекской национальности по-прежнему жалуются на частые случаи преследования и вымогательства. Многие также утверждают, что узбеки не могут продвинуться по службе и им закрыт доступ к государственной службе. Кроме того звучат заявления, что в рамках ведущейся правоохранительными органами кампании по выявлению радикалов мишенью непропорционально часто становятся узбеки.

Но некоторые кыргызы и узбеки наводят мосты по-своему. «Хотя узбеки по-прежнему чувствуют себя уязвимыми, есть признаки того, что к ним возвращается уверенность. Их можно чаще увидеть в публичных местах, и они снова стали вкладывать деньги в бизнес», – сказал британский исследователь Ник Мегоран (Nick Megoran) из Университета Ньюкасла (Newcastle University).

По его словам, некоторые стараются справиться с ситуацией, перестав винить друг друга, вместо этого обвиняя в разжигании насилия в 2010 году «третьи силы» – например, бывшего президента Курманбека Бакиева, насильственное свержение которого стало предвестником событий на юге.

Кроме того, по некоторым данным, примирению способствуют деловые контакты. Бизнесмены-узбеки говорят, что наличие партнера-кыргыза помогает справляться с вымогающими деньги налоговыми инспекторами (которые всегда бывают кыргызами). С другой стороны, партнер-узбек помогает предпринимателям-кыргызам привлечь узбекских клиентов.

Многие узбекские семьи стали признавать важность приобщения к кыргызскому языку и культуре. «Узбекские школы продолжают работать, но они переключаются на преподавание на кыргызском и русском языках. Правда, что правительство урезает финансирование преподавания на узбекском языке. […] Но многие родители-узбеки сами предпочитают отдавать детей в русские или кыргызские классы. Они все понимают, что в Кыргызстане говорить по-кыргызски и по-русски выгоднее, чем по-узбекски», – сказал один учитель узбекского языка в Оше на условиях анонимности, учитывая тонкость данной темы.

Навестив недавно Озоду Салиеву, журналист EurasiaNet.org узнал, что в этом году пастухи-кыргызы опять забрали ее корову и овец на летние пастбища. Ее внучка Умида, 18-летняя студентка Ошского педагогического колледжа, хорошо говорит по-кыргызски и утверждает, что у нее много кыргызских друзей. Но Озода не уверена, удастся ли Умиде и другим молодым узбекам добиться успеха в Кыргызстане. «Ответов у нас нет», – сказала она.

Алишер Хамидов

Источник: russian.eurasianet.org

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Twitter-новости
Читать нас
Связаться с нами
Наши контакты

hardlod@gmail.com

О сайте

Все материалы на данном сайте взяты из открытых источников — имеют обратную ссылку на материал в интернете или присланы посетителями сайта и предоставляются исключительно в ознакомительных целях. Права на материалы принадлежат их владельцам. Администрация сайта ответственности за содержание материала не несет. Если Вы обнаружили на нашем сайте материалы, которые нарушают авторские права, принадлежащие Вам, Вашей компании или организации, пожалуйста, сообщите нам.