Мифы и сказки о «народных республиках»

24 Янв 2016 | Автор: | Комментариев нет »

В этом письме я хотел бы затронуть целый ряд стереотипов, который присутствует у моих сограждан в отношении так называемой «ДНР».

В большинстве своем эти информационные шаблоны касаются людей, которые получают информацию из оккупации исключительно через кривое зеркало СМИ и никогда не были ни в Донецке, ни в других ныне «республиканских» городах после их оккупации. Хотя некоторые вещи касаются и тех, кто ненадолго успел зачерпнуть специфики «новороссийского» образа жизни и до сих пор убежден, что с лета 2014-го так ничего и не поменялось.

Первый миф можно назвать условным словом «они». Очень часто приходится слышать нечто вроде: «чего они там хотят, в своей «ДНР»? или «когда они уже успокоятся»? Подобные формулировки, как правило, апеллируют к той мысли, что есть некий общий массив людей, объединенных едиными целями в своем стремлении развалить Украину. И этот самый массив и сосредоточен в самой «ДНР». Так вот – могу вас заверить, что никаких «они» не существует, как бы нескладно это ни прозвучало сейчас.

А кто же есть на самом деле? А есть:

1. Ребята, которые стоят на сепаратистских постах, потому что им: а) платят зарплату; б) они не рискуют жизнью; в) получают дополнительный бонус от огромного потока машин;

2. Есть люди, с позором бежавшие либо просто уволившиеся из рядов «ополчения» и ныне вернувшиеся на свои привычные маргинальные места, занявшись алкоголизмом и наркоманией, попутно пытаясь найти себя хотя бы в качестве грузчиков;

3. Есть крайне малая прослойка «идейных», начинавших еще со Стрелковым в Славянске, которые до сих пор верят в «страну» от Одессы до Харькова, но имеют и еще одно важное свойство: такие люди больше не способны заниматься ничем, кроме войны. Именно это обстоятельство и удерживает их до сих пор в их казармах при полнейшем недовольстве тем, что происходит сейчас;

4. И, наконец, есть абсолютно циничное и прагматичное руководство, которому плевать как на первых, так на вторых, так и на третьих, «отжавшее» все, что только можно «отжать», подогнавшее под себя все бизнес-потоки и целиком выполняющее указания Москвы. Речь не идет только о Захарченко и его ближайшем окружении. Скорее нужно говорить о некой средней прослойке, заинтересованной в войне не больше, чем рядовой житель Бердичева, ибо основные преференции в виде украденных вилл и чужих иномарок война им уже принесла. И ее продолжение в глобальном варианте только лишний раз подвергло бы этих людей неоправданным рискам.

Разумеется, я не сказал об общей массе так называемого «ополчения», которое в большинстве своем представляет традиционных наемных рабочих, обладающих инициативой не больше, чем строители при постройке жилья. Кое-как перебиваясь от зарплаты к зарплате, эти люди поступили на контрактную службу, очень часто – в качестве единственной альтернативы, которую предлагает сегодня им жизнь. Большинство из них говорят откровенно, что им плевать на Одессу и Харьков, а мышление многих не выходит и к берегам Мариуполя, и «местечковость» проявляет себя даже здесь, за вечерним пайком и сытым желудком в качестве единственных будущих целей.

Конечно, весь этот упорядоченный хаос можно назвать условным словом «они», – но только в том смысле, что все эти люди враги, тогда как собранный воедино кулак целей и смыслов они едва ли способны представить.

Второй распространенный шаблон о «республиканской» земле – «там никого уже не осталось». Речь идет о людях с проукраинскими взглядами, якобы полностью покинувшими свои города. Это слышать особенно неприятно и больно по двум причинам: во-первых, потому что это совершенно не так, во-вторых, потому что очень часто это приходится слышать именно от журналистов, которые действительно покинули когда-то Донецк. В процентном соотношении, думаю, можно говорить о каждом четвертом, как минимум, лояльном к украинской власти из тех, кто остался ныне в Донецке. А учитывая последние «проколы республики» с выборами и газом, недовольных именно «республиканской» властью стало значительно больше в сравнении даже с нынешним летом.

Часто этот стереотип переходит тут же еще в один: раз уж «никого не осталось», то стоит оборвать абсолютно все связи с «республикой», вплоть до «не выпускать вообще никого», и тогда якобы продовольственный, энергетический и транспортный коллапс принесет победу в войне и «они сами постучаться назад». Не постучат. В отношении продовольственной сферы «ДНР» на 99% перешла на российский рынок, откуда в Донецк завозятся не только самые необходимые товары, но и лосось, кальмары, креветки, икра, дорогое шампанское, вина. То же с непродовольственной сферой, хоть цены при этом действительно сильно вредят кошельку. Примерно те же процессы ориентации на российского поставщика происходят сейчас и в топливном секторе, а каждый желающий может без проблем попасть в Украину через Россию в качестве крайнего выхода при проблемах на блокпостах.

Еще один вопрос – безопасность. Многие на «большой земле» считают, что в Донецке настали 30-е годы и людей едва ли не хватают просто на улицах и бросают в подвалы. К сожалению, доля правды в этом всем есть, но только в том смысле, что в «ДНР» де-факто действительно отсутствует какая-либо правовая система, и уровень вашей правоты в спорных вопросах измеряется наличием или отсутствием на груди автомата. Без сомнения, вас могут задержать за подозрительный взгляд в сторону «комендантов», могут бросить в подвал за подозрение в шпионаже, а явные проявления всего украинского – вроде флага или цветовой символики – тут же будут пресекаться и строго преследоваться.

Но парадокс в том, что всем дончанам об этом прекрасно известно, поэтому украинских флагов вы здесь не найдете, у зданий «МГБ» и «комендатуры» увидите лишь редких прохожих, а в общении, даже с друзьями, почувствуете непривычную сдержанность и «холодок», обусловленные взаимным недоверием и страхом, что «сдадут». Поэтому тотальных репрессий здесь нет, никто не ходит ночами по квартирам с криком «откройте, НКВД» и прочее. Однако сам факт военной диктатуры в качестве единственной правовой реальности – налицо.

Наконец, несколько слов о самом Донецке, – и то лишь в силу того, что недавно пришлось увидеть крайне неприятный документальный фильм о городе по украинским каналам, где в черно-белом цвете циклично крутились несколько кадров ячпустого Донецка, снятых еще в прошлом году. Пропаганда, конечно, важное дело, и вряд ли можно поспорить, что выбор в пользу «республик» принес нам один только вред. Но география правды такова (дончане ориентиры поймут): если объединить прямой линией «Южный», ж/д и «Мотель», – мы получим вычищенный и выметенный до блеска треугольник с работающими кафе, театрами, торговыми сетями и несколькими ресторанами и ночными клубами. Дальше – обычный город, каким Донецк был и до этой войны. Чем ближе к окраинам, тем чаще встречаются разбитые трассы и поврежденные обстрелом дома. И лишь вкрапления, – вроде «Октябрьского», – где жизни практически нет.

Да, в «республиканском» Донецке в разы стало меньше людей. Да, здесь чувствуется постоянное напряжение от людей с пулеметами и время от времени доносящихся взрывов. Да, правовой системы нет полностью, и гарантий безопасности нет никаких. Но утверждать, что город стал Сталинградом или печально известной нам Припятью, – значит Донецка просто не знать.

Сергей Андреев

Источник: ru.krymr.com

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Twitter-новости
Наши партнёры
Читать нас
Связаться с нами
Наши контакты

hardlod@gmail.com

О сайте

Все материалы на данном сайте взяты из открытых источников — имеют обратную ссылку на материал в интернете или присланы посетителями сайта и предоставляются исключительно в ознакомительных целях. Права на материалы принадлежат их владельцам. Администрация сайта ответственности за содержание материала не несет. Если Вы обнаружили на нашем сайте материалы, которые нарушают авторские права, принадлежащие Вам, Вашей компании или организации, пожалуйста, сообщите нам.