Марсианская миссия «А вдруг не утонул»

21 Окт 2016 | Автор: | Комментариев нет »

Модуль «Скиапарелли» и совместные усилия Европы и России в любом случае были не напрасны, но результат по изучению Красной планеты может оказаться разным.  

Многомесячная эпопея по покорению Марса переживает в эти моменты свою кульминацию. Хотя никто не погиб — экспедиция была непилотируемой — все же судьба спускаемого аппарата «Скиапарелли» очень тревожит всю неравнодушную к космосу мировую общественность. Все-таки, столько усилий! И — такие долгие сроки полетов!

Для ситуации лучше всего подходит известная бардовская песня «А вдруг не утонул!». «Когда приспустят флаг в порту до половины», останется одно последнее «А вдруг...» Впрочем, спускать флаг даже до половины никто не собирается.

На сегодняшней пресс-конференции руководители Европейского космического агентства (ЕКА) Ян Вернер, Дэвид Паркер и Андреа Аккомаццо блистательно защищали честь мундира и демонстрировали оптимизм. Они объяснили, что в любом случае миссия «Экзомарс» имела большой успех. Орбитальный модуль TGO находится на марсианской орбите, цел и выполняет программу изучения следовых газов, а в 2020 году исполнит свою роль на втором этапе миссии.

Кроме того, злополучный «Скиапарелли» успел передать сигналы, чрезвычайно важные для науки, прежде чем с ним прервалась связь. И, может быть, передаст еще. Но собранные материалы еще изучать и изучать.

Расстановка приоритетов ученым и государственным мужам виднее. Но эмоционально, вероятная потеря посадочного аппарата, конечно, действует сильно.

Со стороны все это напоминает малопристойный, но древний анекдот. Тот, где пришли сразу четыре хороших новости: кепка, рубашка, брюки и ботинки Абрама остались целы. А плохая новость всего одна — Абрам утонул.

Физиономии журналистов смотрелись заметно посерьезней и помрачней, чем у высокого начальства. И вопросы типа: «Так он целый или нет?» и попытки выяснить, что произошло в те самые примерно 50 секунд от обрыва связи до соприкосновения с марсианским грунтом выглядели бы как попытки вернуть сияющее начальство к реальности — не будь эти вопросы столь наивными. Ибо кто же на них прямо сейчас даст ответ, за 500 млн км?


Фото: nasa.gov

Российских представителей на пресс-конференции не было. Однако российской стороне была выражена глубокая благодарность. Пройден немалый совместный путь, и результаты, каковы бы они ни были — общие.

На Марс — двумя этапами

Задачи данной экспедиции весьма амбициозны. Намечено изучить атмосферу, грунт и внутреннее строение Марса. Оценить распространенность метана и вулканических газов в атмосфере. Разведать содержание воды в верхних слоях грунта. Провести мониторинг радиационной обстановки на пути к Марсу. Изучить возможную вулканическую деятельность на нем.

В общем, ответить, наконец, на вопрос «Есть ли жизнь на Марсе?», по крайней мере, с очень большой вероятностью. А заодно разведать районы для посадки будущих кораблей с Земли. Недаром миссия называется «Экзомарс» — приставка "экзо" характерна для научных проектов, связанных с поиском различных форм жизни.

В ходе подготовки миссии, начиная с 2005 года, ее организационные планы неоднократно менялись — в том числе, менялись партнеры и их роли. Изначально планировалось использовать американскую ракету-носитель «Атлас». Однако в феврале 2012 года НАСА неожиданно вышла из договора по «Экзомарсу» из-за нехватки финансирования.

И уже через два месяца ЕКА заключило соглашение в Роскосмосом о совместной реализации проекта «Экзомарс». В декабре того же года Роскосмос заключил соглашение с Институтом космических исследований Российской академии наук о разработке отечественных научных приборов. Окончательно договор о совместной космической программе был подписан 14 марта 2013 года в Париже тогдашним генеральным директором ЕКА Жан-Жаком Дорденом и руководителем Роскосмоса Владимиром Поповкиным.

Согласно проекту, экспедиций будет две — нынешняя и вторая, в 2020 году. В обоих случаях, корабль запускает российская ракета-носитель «Протон-М». В этом году корабль состоит из орбитального модуля TGO (Trace Gas Orbiter) и посадочного аппарата «Скиапарелли», названного в честь итальянского астронома Джованни Скиапарелли. После их разделения, TGO станет исследовать газы в марсианской атмосфере, их распределение в пространстве и во времени (особенно ученых интересует метан), а также искать на Марсе воду. На модуле установлены четыре важных научных прибора, два из которых российские.


Фото: nasa.gov

Задачи модуля «Скиапарелли» относительно просты: он должен отработать посадку и произвести некоторые измерения — в частности, электрических полей на поверхности Марса. Российская сторона предлагала оборудовать модуль ядерной установкой, которая продлила бы его работу до двух лет, но в силу ряда причин этот проект не согласовали, поэтому срок работы «Скиапарелли» на аккумуляторах примерно до восьми суток.

В следующий раз, в 2020 году не только российская ракета, но и российская посадочная платформа доставит на Марс европейский марсоход — шестиколесный автоматический вездеход весом около 270 кг, который выполнит ряд исследований — прежде всего, возьмет пробы марсианского грунта с глубины до двух метров.

Расходы ЕКА на проект при его утверждении в 2009 году были определены в 850 млн евро. Затем, уже в этом году Великобритания, Германия, Франция и Италия согласились дополнительно вложить 77 млн евро.

Для России это продолжение исследований Марса после неудачной экспедиции «Фобос-Грунт» 2011-2012 годов, которая в свою очередь подхватила эстафету у советских экспедиций 1960-х и начала 1970-х годов, также в основном неудачных, хотя и имеющих научное значение. Научным руководителем проекта с российской стороны является директор Института космических исследований РАН академик Лев Зеленый.

Как положено, сюрприз ожидал в конце

Старт состоялся на Байконуре 14 марта: в 12.31 ракета-носитель «Протон-М» с разгонным блоком «Бриз-М» вывела корабль в космос, а в 23.15 он отделился от разгонного блока и вышел на траекторию перелета к Марсу. За семь месяцев полета экспедиция преодолела более 500 млн км.

Управляет полетами Европейский центр космических операций (ESOC) в немецком городе Дармштадте (Германия). Сигнал от космического аппарата TGO принимается на станциях дальней космической связи ЕКС в аргентинском городе Маларгуэ и на станциях НАСА в Канберре и Мадриде. После выхода орбитального модуля TGO на орбиту вокруг Марса к работе присоединился российский комплекс приема научной информации, размещенный в Институте космических исследований РАН и на двух станциях в Медвежьих Озерах в Щелковском районе Подмосквья и городе Калязине Тверской области.


Фото: nasa.gov

Модули корабля успешно разделились 16 октября. Наконец, 19 октября экспедиция достигла высокоэллиптической марсианской орбиты. После чего и случилась нештатная ситуация.

Солнце мое, взгляни на меня…Тест: как хорошо вы знаете Солнечную систему?

Модуль «Скиапарелли» вошел в атмосферу Марса на высоте около 122 км со скоростью до 21 тыс км в час и раскрыл парашют на высоте 11 км и скорости 1650 км в час. Но окончательно затормозить модуль и обеспечить его мягкую посадку должен был не парашют, а тормозные ракетные двигатели, призванные сбросить скорость с 270 до семи километров в час и отключиться на высоте двух метров. Вот, как точно известно по дошедшим сигналам, после сброса парашюта и теплового щита, эти двигатели включились и проработали три секунды.

Что произошло дальше — никто не знает. Связь прервалась. От ее отказа до приземления, предположительно прошло около 50 секунд, как сказали уже на пресс-конференции. Отказали ли тормозные двигатели, и если да, то на какой высоте это произошло — а от этого и зависит ответ на вопрос «целый ли он?» — неизвестно.

В ближайшее время предстоят попытки все же связаться с модулем — сначала попробовать дождаться от него запланированных сигналов, а затем попробовать дать сигнал к выходу на связь с Земли. Если нет — значит, нет.

Посадку еще не отработали

При всем при этом, оптимизм руководителей ЕКА имеет право на существование. Собственно, экспедиция 2016 года уже имела значительно больший успех, чем предыдущие (а для России - особенно). Действительно, орбитальный модуль есть и успешно работает, его научная роль больше, чем у посадочного. И он сможет выполнять свою роль по обслуживанию в второй экспедиции. Поскольку марсоход и российская платформа-станция будут долгоживущими, TGO станет транслировать на Землю их сигналы вплоть до 2022 года.

Одно плохо: «Скиапарелли» должен был отработать посадку на Марс. Если же он разбился, то получается, что посадку не отработали. Эту проблему придется как-то решать.

Леонид Смирнов

Подробнее в
сюжете Космос
В России возродят луноходы
Юнона «проспала» сближание с Юпитером
Источник: mir24.tv

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Twitter-новости
Наши партнёры
Читать нас
Связаться с нами
Наши контакты

hardlod@gmail.com

О сайте

Все материалы на данном сайте взяты из открытых источников — имеют обратную ссылку на материал в интернете или присланы посетителями сайта и предоставляются исключительно в ознакомительных целях. Права на материалы принадлежат их владельцам. Администрация сайта ответственности за содержание материала не несет. Если Вы обнаружили на нашем сайте материалы, которые нарушают авторские права, принадлежащие Вам, Вашей компании или организации, пожалуйста, сообщите нам.